«2.5 партийная система». Докотор политических наук Нина Дергунова анализирует прошедшие выборы

0
361

Вчера состоялась пресс-конференция общественного фонда РАПИР по итогам выборов.Основные темы: Как оценивать итоги состоявшейся кампании? Что на них повлияло? Каковы прогнозы развития внутрипартийных и межпартийных процессов регионе с учётом результатов выборов?

Спикерами выступили — Дмитрий Травкин, председатель экспертного совета Фонда, доктор политических наук Нина Дергунова и член экспертного совета, политический аналитик Николай Васин. Если последний просто озвучил итоги по цифрам, то  Травкин и Дергунова попытались провести анализ текущих политических процессов. Их выступления мы расшифровали и выносим отдельными текстами (расшифровка выступления Травкина чуть позже).

Нина Владимировна Дергунова:

Если говорить формально-юридически, то победу в нашем регионе одержала «Единая Россия», получив 17 мандатов. Конечно, победа скромная, поздравлять её с этой победой бессмысленно. С другой стороны, ничего катастрофического для политической системы страны, в целом, и политической системы региона не произошло. Она не разрушена, не распалась, но есть кардинальная заявка на изменение тренда в развитии партийной системы страны и нашего региона. Если до последнего момента политологи нашего региона однозначно могли сказать, что партий много, но доминирует одна, то сейчас появился тренд на развитие реальной многопартийности, реальной конкуренции и мы находимся в ситуации схожей с так называемой «2.5 партийной системой». Есть 2, примерно равные, по голосам, КПРФ и «ЕР». И есть маленький довесок, без которого ни та, ни другая не могут получить в региональном парламенте простого большинства «50+1». Тут была путаница: кто-то из журналистов написал, что, если ЛДПР объединится с «Единой Россией», то получится конституционное большинство. Оно в принципе не может получиться, это 75% или 27 мандатов – если 3 объединятся, «Единая Россия» и 2 оставшиеся, или к КПРФ примкнут. Ни там, ни там 27 не получается, — получается простое большинство. В этих условиях нужно учиться работать, всем, прошедшим в парламент партиям.

ЛДПР попала в уникальное положение. Обратите внимание: после заявления Бакаева, о том, что уже почти согласована коалиция, со стороны ЛДПР никаких заявлений не последовало. Им нужно очень хорошо подумать – какие условия выставлять ЕР, при заключении коалиции. Теперь у них есть возможность от неё требовать, иначе законодательный процесс будет сильно затруднён. С другой стороны, они прекрасно понимают, что в 2020 году выборы в Городскую Думу, в 21 в – Государственную, и, если они сейчас потеряют своё лицо, этих процентов больше никогда не наберут. Поэтому ЛДПР молчит, думает, ситуация серьёзная, её нужно обыгрывать и с точки зрения текущей политики, и с точки зрения предстоящих выборов. Идеологически ЛДПР и ЕР схожи: одна либерально-демократическая, другая консервативно-либеральная. Объединиться было бы логично, но остаётся вопрос — на каких условиях и с каким  лицом? КПРФ же, идеологически, может объединиться только с «Коммунистами России», но, поскольку последняя была создана в противовес первой и позиционирует себя как антизюгановская – этого объединения произойти никак не может, хотя обе формально идеологически «левые». Либо им придётся находить какой-то общий язык. Таким образом складывается очень оригинальная ситуация: с одной стороны «Единая Россия» связана по рукам и ногам, возможной коалицией с ЛДПР, с другой стороны – теперь очень серьёзная оппозиция со стороны КПРФ, 14 голосов это много. Если начнут сбываться прогнозы о том, что начнут скупаться голоса и будет перетягивание одномандатников, то в ситуации «через 2 года выборы» все эти измены, с той и другой стороны, очень здорово могут аукнуться. Поэтому всё должно быть осторожно, продуманно, и не в интересах партии быстро идти на компромиссы, если будут кулуарные договорённости. Дополнительно ситуация осложнена тем, что ни одна из партий, прошедших в парламент, не готова работать в новых условиях. ЕР расслаблена, в течение стольких лет она доминировала и могла не считаться с критическими замечаниями, принимая все законодательные акты, которые ей были нужны. Соответственно, оппозиция, которая, в этих условиях была загнана в угол, и могла напоминать о себе только разными эксцессами, митингами, криками, критикуя каждый возникший проблемный момент, не имела другой возможности привлечь к себе внимание и показать, что они вообще ещё живы. Сейчас и тем и другим нужно кардинально изменить стиль работы: от конфронтации и зазнайства, со стороны «Единой России» переходить к компромиссам, переговорам, сотрудничеству. Это будет безумно сложно, в личностном плане особенно. Первый год будет очень тяжёлым, политологам будет интересно посмотреть. Хотя мы, как политологи, можем оказать поддержку любой партии, вести какие-то курсы начальной политграмотности, хотя бы для тех людей, которые профессионально не готовы исполнять роль депутата регионального парламента и вникать в политические нюансы нашей страны, по своему уставу, как фонд, мы имеем право на осуществление просветительско-образовательной деятельности. Ещё, мне кажется, проблемой выборов была кадровая политика губернатора. Сергей Иванович ищет преданные надёжные для себя кадры, но советники, как говорил еще Макиавелли,  бывают либо умными и непреданными, либо преданными, но не умными. В нашем случае кадры были преданы, но политически абсолютно безлики. Если взять Сычёва отдельно – он мог бы выиграть выборы, он разбирается в политике, имеет огромный опыт, но не имел возможности критиковать ЕР, являясь близким человеком в команде Морозова. В результате у партии на выборах не было лица.

Еще момент. Лидеры ЕР, председатели политсовета, когда-нибудь побеждали в одномандатных округах? У нас председатели регионального отделения политсовета «Единой России» идут сугубо по спискам, они боятся своих избирателей, сомневаются в своей победе, список даёт им больше гарантий. Сергей Иванович их ставит в список, но получается, что лидером регионального отделения становится человек, который толком не прошёл проверку отношением к нему избирателей и партии, и он сомневается в своей победе, в одномандатном округе. И получается, что избиратель их не очень то уважает, не очень то им доверяет, даже в спокойной ситуации, а в ситуации «пенсионной реформы» всё становится совсем по-другому. Поэтому, мне кажется, подход Сергея Ивановича на персональный состав нужно менять и подбирать людей, которые имеют собственное политическое лицо, имеют возможность выступать с позицией, которая расходится с позицией исполнительной власти, потому что это 2 ветви власти. Партийная власть, исполнительная и законодательная могут по-разному смотреть на решение одной и той же проблемы. А у нас партия и законодатели начали терять своё лицо. Некоторая самоуверенность ЕР сыграла роль. И, уже говорил Николай Иванович, — зачем перед выборами заниматься переименованиями площадей, раздражать людей, знали же, что будет проводиться пенсионная реформа, о которой уже 1,5 года говорят. Одно наложилось на другое. Есть мировая практика – партия, проводящая непопулярные реформы проигрывает, снижается её рейтинг на 20-22%. Это общемировая практика и по партийным спискам у нас так и вышло. В 13 году было 53%, а сейчас 33%, но однопартийцы то тоже половину потеряли, а  это уже, как раз, местные условия, проблемы и ошибки, которые возникли из-за совершенно неуместной самоуверенности части руководства «Единой России». Не работал прагматизм, эти выборы нужно было выигрывать в тяжёлых условиях. Общаясь с людьми, с электоратом, я очень часто раньше слышала – «Я бы проголосовал за эту партию, но она ведь не победит, поэтому буду голосовать за ЕР». Эти выборы показали, что люди отдалились от подобного стереотипа и это позитивный момент. Люди начали понимать, что не победа главное. Это вообще своеобразный феномен в политической практике, самое главное – это расклад политических сил – попробуйте теперь не учитывать мнение ЛДПР, хотя они не победили, тем более КПРФ, хотя юридически они тоже не победили. Если такая тенденция продолжится, то следующие выборы: и городские и региональные и федеральные будут очень интересными. Потому что люди увидят политическую значимость своих голосов, которые смогут повлиять и на исполнительную власть и на функционирование законодательного собрания. И это станет толчком для развития нашей партийной системы, как многопартийной, конкурентной, без доминирующих партий. А закончить я бы хотела тем, что вся проблема нашей страны—это экономика. Основание пенсионной реформы заложено в экономике, регион потому протестно и голосовал, что эта реформа негативно скажется на благосостоянии населения. Об увеличении пенсии на 1000, каждый год, говорили много, но никто не говорил об увеличении зарплат. А наш регион, в приволжском федеральном округе, по уровню зарплат, 3-4 снизу. Люди давали оценку правящему классу, который никак не может справиться со стабильным экономическим ростом в 1,5%. Это как работа Ленина – 2 шага вперёд, один назад. Так вот 1,5% — это 2 шага вперёд, 1 назад и 1 в сторону, и люди это прекрасно чувствуют. Пенсионная реформа не приведёт к улучшению жизни и это правящий класс должен понимать не как отрицательную оценку партии президента и премьера, а как оценку правящего класса в целом, как не способного решить главную задачу и проблему страны – экономического роста благосостояния. Да мы, по экономике, не на 186 месте, но 50-е нас тоже не устраивает.

Оцените новость:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...

Кто хочет оперативно получать новости - подписывайтесь на наш Телеграмм канал.

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here